nite_vision

Последнее стихо вашего спецкора, к счастью, датировано 1985-м годом.

Там было, в частности, и такое:

Все, что происходит с нами:
бесконечные калоши,
посмотри, готова ль пища на малюсеньком огне,
шорох выпученных сводок, на веревочке пенснэ,
все не вечно, все умчится в рядовом веретене.

и дальше что-то о лососине и блондинке (розоватые соски), как на них смотреть приятно: расширяются зрачки. Как от них пойдет потомство - шалопаи-светлячки.

Пронзительно, короче.


Читаю поэзию тоже редко. За последние год-два могу похвастаться радующими: Горацием, Овидием, Руми, Донном, Введенским, Баратынским, Фетом, Самойловым, Хармсом, Целаном, Ольгой Мартыновой, Энн Секстон. Перечитывал Тютчева, Бродского, Мандельштама.

Бесед на темы п. бегу. Пару лет назад на вопрос московского гостя (и тоже поэта), что я думаю о нью-йоркском поэте N, пришлось отшутиться: "поэзия, прости господи, должна быть глуповатой, спору нет, но, по-моему, он всё же перегибает палку".

Поэтому судить о п. могу лишь как reluctant reader, не более.

От оговорок к предмету:

Тем не менее, недавно и невольно был вовлечен в нижеследующую дискуссию. С любопытством (дважды) прочел эссе Сергея Завьялова Est Modus In Rebus

http://www.litkarta.ru/projects/vozdukh/issues/2006-2/zavialov/

и дал ознакомиться Igor'ю Older'у (кажется, единственному моему жж-респонденту).

И вот, что он ответил.
И вот что ответил я.
(Хотя нет, мой ответ я запощу в ближайшее время, потому что уже поздно).

а пока: ( Ответ Игоря Олдера )

Патомушта эта надменная фря, у которой вышел томик поэзии в FSG (bfd!), прежде чем поздороваться и решить представлять Марку Стрэнду или нет, стала выпытывать у общей подруги, что и где я опубликовал... Ну не ётм?

И вот что я тогда как следует выпил и написал и опубликовал. Понятно? :)


From whence, o Muse, doth this drone of fruitless discussions arise? Lukewarm debates rarely coalescing into action, frivolous outbursts of misplaced joviality, the sound of broken glass punctuating the somber patter of the disheveled literati, the muted rancor of late night intoxication? Speak, o Muse. I’m talking to you.

The anemic West Village book party hosted by the friends of a pale poetess, she of the limp handshake and smudged lipstick, blue watery eyes, hair of straw, skin that could use cold cream, shyly aggressive yet ultimately benign: a wallflower in direct sunlight, well-nigh wilted before bloom, going, going, gone. Would I care for more wine? How dare you? Great pate, decent catering. Do you know such-and-such? And such? Why should I?

Pray answer: is she talented, is she gifted, or does she merely show promise? The answer is: who gives a fuck? Pushing forty, first-published, second-hand half-baked Miss Plath, is this the path one is invited to tread on? Would it make up for her unhappy childhood, lackluster adolescence, whence this air of superiority?

Do they serve drinks in the garden? They most certainly do! Then let’s get literally plastered joining the row of gorgeous gargoyles around the erstwhile fountain, drink up and enjoy the road wisely not taken. For it is paved with rancor, indigestion and shattered dreams.

Я буквально на два часа отвлекусь от компьютера, перевожу стулья - не скучайте без меня, ладно?


И еще. Я скажу это начерно: открыл для себя с подачи двух критиков двух хороших и разных поэтов: Нику Скандиаки и Мару Маланову. И за это - запоздалое спасибо Илье Кукулину и Антону Нестерову соответственно. Ну, и рад за себя, что не разучился преодолевать первое легкое отторжение - качество нелишнее для читателя.